Статьи

Охота за жутким дебаркадером

Имперские набережные

О вкусах не спорят, был бы вкус. В рассказе Владимира Сорокина «Заплыв» описывается некий Город будущего: золотые дворцы, наползающие на полосу Реки каменные набережные, и даже бронзовые в Особом Пространстве, где живут Избранные. И полки пловцов-агитаторов, совершающих заплывы в студеной сентябрьской воде. В правой руке, всегда в правой, без перемены — шестикилограммовые масляные факелы. Факелы составляют цитаты из Книги Равенства. Если рука в судороге сожмет факел чуть сильнее, он лопнет и в факел превратится сам пловец. Что ж, по своему красиво. В эту картину даже впишется один из московских «дебаркадеров». Тот, что изувечил вид на стрелку Болотного острова. Чугунный, с парусами и пучеглазым истуканом.
В конце 1970-х, в ходе подготовки к Олимпиаде обсуждался проект туристического маршрута «Москва-река». Чуть ли не с самолета в Шереметьево-2 толпы интуристов пересаживаются на комфортабельные лайнеры на Клязьминском водохранилище и беспрерывно наслаждаются красотами советской столицы. Проект пришлось зарубить: на два-три восторженных («Москва — вторая Венеция!») было два десятка негативных отзывов участников тест-группы: кроме Кремля, Коломенского и пары-другой открытых пейзажей, туристам пришлось любоваться промзонами и наползающими на полосу реки каменными набережными. Сегодня на берегах реки появилось несколько красивых жилых комплексов, худо-бедно поднимается Сити, тают промзоны. Но никуда не делись холодные высокие имперские набережные. Москва-река — мертвая.

Архипелаг Москва

У слова «архипелаг» есть и значение без негативного подтекста. Несколько лет назад группа архитекторов-градостроителей из Бельгии, Голландии, Италии, Польши, США, Мексики и Индии и несколько студентов МАРХИ в ходе мастер-классов разработали и предложили три концепции развития городской среды Москвы. В центре двух концепций оказалась Москва-река. Особенно интересно предложение «Архипелаг» — создание цепочки «островов-доминант» выше и ниже «острова власти — Кремля». Эти «острова», обращенные как к реке, так и к «материку», должны стать центрами притяжения, эффективным средством развития инфраструктуры отдыха спальных районов.
«Злачные места», «увеселительные заведения» — хлестко, но не совсем справедливо. В европейских городах на дебаркадерах расположены не только рестораны и кафе, но также бассейны, выставочные центры, танцевальные студии, кинозалы. «То — там, а то — тут». Разумеется, в первую очередь развивается самый рентабельный сектор — дорогие рестораны на престижных набережных (но на дебаркадере «Как на Канарах» есть и бассейн). Чтобы за первой очередью наступила вторая, число дебаркадеров должно вырасти в разы, они должны встать в Тушине, Щукине, Мневниках, у Печатников, Марьино, Братеево, Капотни. Тысячи дебаркадеров — это иное качество жизни города, иная сфера хозяйства, иные цены, иной уровень заинтересованности в экологии реки.

Глубокое сожаление

Объяснить нелюбовь городских властей к дебаркадерам стремлением души к простору трудно: где угодно, только не в городе, где точечной застройкой улицы превращаются в тупики. Заботу об экологии тоже не стоит переоценивать. Среди коллекторов, выводящих в Москву-реку и Яузу очищенный сток, действительно, максимально очищенный сток, есть такие, каждый из которых стоит всех ресторанных дебаркадеров вместе взятых. Дебаркадеры выводят сток в городские коллекторы точно так же, как любое здание по соседству. «Конечно, всегда к борту что-то прибьет. Течение ведь, — объясняет сотрудник одного из плавучих ресторанов. — Мы вон боновые ограждения установили. Сразу видно, что наше, то наше. Постоянно вычищаем. Посетители понимают: по «морской традиции» даже окурок за борт бросать не принято».
Одна из причин атаки на дебаркадеры хорошо известна. Право выдачи лицензий на водопользование в акватории Москвы-реки городская администрация получила только 1 января прошлого года в связи со вступлением в силу поправок в Водный кодекс.
«К большому сожалению, — сетует Леонид Бочин, — за несколько дней до вступления в силу нового Водного кодекса, когда полномочия Московско-Окского бассейнового водного управления истекали, эта организация не постыдилась пролонгировать договоры на водопользование с очень многими предприятиями».
Собственно, отчего сожаление? Практика общепринятая. Например, объявляя мораторий на точечную застройку, мэр подчеркнул, что там, где строительство начато, оно будет продолжено. Оказалось, что контрактов до объявления моратория было заключено немало. Строители поспешили обозначить начало работ. Местные жители устроили акции протеста, дело дошло до стрельбы в воздух. Вот это действительно проблема, которую придется решать. Но ведь против дебаркадеров местные жители не выступали, верно? Думается, несколько десятков дебаркадеров не стоят «большого сожаления» главного столичного эколога. Тем более, учитывая предложения Юрия Лужкова установить у набережных плавучие парковки.

1    2    3